Искажение 1.01
► Рассказ, 2008 (сборник «Страшная история»)

Двое сидели за столиком в углу многолюдного кафе и беседовали. Перед ними остывал кофе с горячими сосисками, но оба не притронулись к бесхитростной еде, увлечённые разговором.

– Так ты говоришь, – спрашивал один, – ты говоришь, что никогда не бывал раньше в этом заведении? Быть не может.

– Никогда, – второй покачал головой. – Правда, теперь, когда услышал от тебя все эти истории, наверное, буду наведываться чаще.

– Надо же, – первый потрясённо постучал ложкой по столу. – Жить в наших краях и не знать про местные достопримечательности...

– Я и подумать не мог, что простое кафе может иметь такое прошлое, – оправдывался его собеседник. – К тому же, ты знаешь, я не так давно живу здесь. Не прошло и двух лет...

Первый нетерпеливо отмахнулся:

– Ну ладно, Бог с ним, с кафе. Но ведь о том, что время от времени происходит на шоссе, ты должен был слышать? Учти, если скажешь «нет», я тебе не поверю.

– Нет, – растерянно вымолвил второй. Щёки залились краской; было видно, что ему действительно стыдно за своё неведение. – А что с этим шос...

Первый хлопнул себя ладонями по коленям и расхохотался так громко, что люди за ближайшими столиками недовольно обернулись.

– Ну, дружище, ты даёшь! Так-таки ничего и не слыхал?

– Нет, правда, ничего. Ты расскажи, я буду знать.

Человек перестал смеяться так же резко, как и начал.

– Врёшь ты всё, парень.

– Да брось! С чего мне врать? Просто я большую часть времени провожу дома, и...

Первый наклонился вперёд, задев рукавом чашку с кофе. Тёмная жидкость выплеснулась на голубую ткань его рубашки.

– Значит, ничего?

– Ничего, – испуганно сказал второй, подавшись назад на стуле.

Рука первого быстро скользнула под стол. Когда она вернулась оттуда, в ней был небольшой пистолет. Чёрный провал дула смотрел на оцепеневшего от изумления человека.

– А ну, скажи это ещё раз, – холодно сказал он, поднимаясь со стула. Кафе внезапно затихло. Какая-то женщина начала кричать, но поперхнулась и умолкла.

Второго начало трясти. Он выставил руки в защитном жесте и промямлил:

– Ч-что с т-тобой? Я-я ничего не з...

Человек нажал на курок. Пуля угодила сидящему в лицо. Его отбросило назад вместе со стулом. Он свалился на пол, задёргался в конвульсии и затих.

Убийца медленно положил в карман дымящийся пистолет и оглядел помещение. В кафе давно никого не было. Телевизор над барной стойкой пялился на него удивлённым взором чёрного экрана.

Человек закрыл глаза и втянул воздух в ноздри. Ощупывая пистолет сквозь карманы, словно желая убедиться в его наличии, он быстрыми шагами вышел из здания. Солнце на улице палило вовсю, бескрайние просторы степи были залиты жёлтым сиянием. Одинокая серая лента асфальтовой дороги уходила с юга на север, ползая змеёй по этой пустынной земле.

Человек огляделся и увидел, как вдали у горизонта вырастает что-то тёмное. Рост сопровождался увеличивающимся рокотом; через минуту стало ясно, что по дороге мчится большой фургон. Когда он приблизился на расстояние ста метров, человек прочитал на боку фургона надпись оранжевыми буквами: «Солнечная кукуруза Старика Эда». Под надписью водили хоровод несколько кукурузных початков с весёлыми нарисованными лицами.

Он поднял одну руку, другой прикрываясь от солнца. Сперва казалось, что фургон не сбросит скорость и проедет мимо. Но потом недовольно скрипнули тормоза, и большая машина стала замедляться.

Человек подошёл к дверце фургона, схватился за поручень и полез наверх. Заглянув в боковое окно, он увидел, что за рулём сидит молодая девушка в клетчатой кепке, сдвинутой на затылок. Одета она была в спецкомбинезон с пятнами масла на рукавах.

– Надо же, – вырвалось у него.

Девушка хмуро посмотрела на него:

– Ну так будешь залезать?

– Да-да, конечно, – он открыл дверцу и пробрался внутрь на пассажирское сиденье. В кабине стояла невыносимая духота. Он удивился, как девушке не жарко в таком наряде.

– Познакомимся? – спросил он.

Девушка пожала плечами, переключая передачу:

– Мне-то всё равно, хоть если будем молчать рыбой всю дорогу. Но, если тебе интересно, меня Джинджер зовут.

– Очень приятно, – он кивнул. – А моё имя Грин.

– Это фамилия, – бесстрастно отозвалась девушка.

– Да нет, это имя. Прихоть моих родителей. Сам до сих пор не знаю, из-за чего меня так нарекли...

Девушка молчала, но уголки губ чуть дёрнулись. Он расценил это как сдержанную улыбку и приободрился:

– А ты давно работаешь? Что-то я тебя раньше не видел здесь.

– Хочешь сказать, – Джинджер презрительно фыркнула, – ты знаешь всех дальнобойщиков в этих краях в лицо?

– Вообще-то, да, – ответил Грин. – Я здесь родился и вырос. Городок маленький, рейсы постоянные. Со всеми шоферами дальнего маршрута мы на короткой ноге. Так давно ли ты всё-таки рабо...

– Ах ты чёрт! – внезапно вскричала Джинджер, и тут же фургон нещадно затрясло. Грина подбросило вверх, приложив затылком к потолку кабины. Он начал было выругиваться, но девушка ударила по тормозам, и его кинуло вперёд. Лоб с хрустом впечатался в стекло. Грин издал нечленораздельное мычание, прежде чем изо рта его хлынула кровь.

– О Господи! – закричала Джинджер, пытаясь высвободиться из впившегося в тело ремня. Фургон стоял, накренившись, у подножия шоссе. Задние дверцы открылись, и оттуда на иссыхающую траву высыпали белые пакеты с замороженным мясом. Спустя минуту девушке, наконец, удалось выйти из кабины. Она рухнула кулем на разогретую землю, пытаясь отдышаться. Несколько раз хваталась за горло, словно её вот-вот стошнит, но сумела сдержаться. Кепка слетела, растрепав густые каштановые волосы.

Приходя в себя, она встала на нетвёрдые ноги и обошла машину. Может быть, надеялась, что Грин ещё жив, и хотела ему помочь. В любом случае, она обманулась в ожиданиях, ибо никого на пассажирском сиденье не было. Оно было пусто, не осталось даже вмятины на чехле, свидетельствующей о том, что минуту назад тут сидел человек.

– Что за... – удивлённо начала девушка, но внезапный шорох за спиной заставил её обернуться. Глаза Джинджер расширились; она открыла рот, чтобы закричать, но так и не успела издать ни звука.

Поздно вечером, когда над степью зажглись мириады бело-синих звёзд, фургон подъехал к мотелю, который располагался у шоссе. На парковочной зоне было много машин, в основном крупногабаритных. Водитель неторопливо вышел из кабины, запер её ключом и двинулся ко входу, над которым горели три грязные лампы.

В комнате за дверью было грязно и тесно. Радиоприёмник над стойкой пытался проигрывать какую-то мелодию, но эфирные шумы перекрывали музыку. Человек нажал на звонок. Раздалось глухое раздражённое звяканье.

– Иду! – раздался старческий голос откуда-то из глубины здания. Несмотря на это, появления хозяина пришлось ждать целых три минуты. Всё это время человек у стойки занимался разглядыванием мутных акварельных картин, развешанных на стене.

– Чего угодно? – буркнул хозяин, даже не взглянув на гостя. Видимо, он собрался спать: на нём был широкий синий халат, на голой ноге болтались босоножки.

– Номер на ночь, – сказал человек.

– Десять пятьдесят, – голос хозяина не изменился. – И распишитесь здесь.

Он положил на стойку толстый журнал с чёрной засалённой обложкой. Человек раскрыл журнал, взял лежащий рядом синий химический карандаш и принялся заполнять криво расчерченные графы. Под надписью «Имя» он написал: Ти Джей. Под надписью «Род деятельности» – Коммивояжер. Остальные графы он не заполнил. Впрочем, мог не заполнять и эти – всё равно хозяин захлопнул журнал, не проверив, что написано.

Получив ключ от девятнадцатого номера, Ти Джей поднялся на второй этаж. Коридор был узким, на полу валялись обрывки газет и коробки из-под презервативов. Ти Джей нашёл дверь с табличкой «19» и уже поворачивал ключ, когда кто-то его окликнул из полутьмы в конце коридора:

– Эй, мужик.

Он обернулся. Через две двери от него, растворяясь во мраке разбитых ламп, стоял человек. Лица его видно не было.

– Где Джинджер?

– Какая Джинджер? – нахмурился Ти Джей.

– Дальнобойщица.

– Впервые слышу.

– Не делай вид, что ты её не знаешь, – огрызнулся человек; когда он сделал шаг, то стало видно, что это круглолицый парень небольшого роста, но крепкого телосложения. – Ты приехал сюда на её фургоне. Я видел.

Ти Джей одну секунду смотрел на него без всякого выражения на лице, потом заулыбался.

 – Ах, Джинджер... конечно. Она заболела. Меня прислали рейсом вместо неё.

– Ты врёшь, – парень подошёл вплотную. Руки были сжаты в кулак, лицо окаменело. – Джинджер выехала на рейс сегодня утром. Мы договаривались с ней встретиться здесь, в девятнадцатом номере. Что ты с ней сделал, Ти Джей?

– Парень, откуда ты знаешь моё имя? – подозрительно спросил Ти Джей.

– Не твоё собачье дело. Мне надо знать, где Джинджер.

– Сначала скажи, откуда ты знаешь моё имя.

– Отвечай на мой вопрос.

Ти Джей задумчиво почесал правый висок изуродованным указательным пальцем.

– Так, Джинджер... Джинджер... Ах да, припоминаю. Не та ли это шлюшка, которая три месяца назад делала мне классный отсос в дешёвом гаванском мотеле?

Парень размахнулся и ударил, целясь в лицо, но Ти Джей оказался проворнее. Он быстро нагнулся, уходя из-под удара, и бросился вперёд, сильно толкнув парня в грудь. Парень закачался и упал, потеряв равновесие, но успел схватиться за ворот его куртки, так что на полу оказались оба. Ти Джей был сверху и тут же воспользовался своим преимуществом, начав душить противника. Положив руки на шею парня, он давил со всех сил, вырывая у того мучительные хрипы. Парень почти перестал шевелиться, когда в сумраке промелькнуло что-то чёрное, и раздался глухой стук. Ти Джей резко выпрямился и поднял вверх руки с растопыренными пальцами. Начал медленно оборачиваться, но на полпути глаза затуманились, и он рухнул лицом вниз. На затылке, где приложилась деревянная палка, волосы намокли от крови.

Человек, который вырубил Ти Джея, присел возле задыхающегося парня и приподнял ему голову. Тот приходил в себя долго. А когда восстановился, то первые слова были:

– Какого чёрта ты так долго? Он же мог меня убить!

– И он ещё смеет на меня сердиться, – иронично сказал его спаситель. – Тоже мне, герой. Ну скажи, на хрена ты полез в драку? Нам нужно было выяснить, что стало с Джинджер, а не надавать звездюлей этому ублюдку. Теперь чёрта с два дождёшься от него слов.

Парень поднялся на ноги, мотнул головой и с силой пнул распростёртое на полу тело. Ти Джей не шелохнулся.

– Ладно, – сипло сказал он, – уберёмся отсюда, пока никто не проснулся. Есть и другие способы найти Джинджер... Пошли, Эл.

– Способы есть, – согласился тот, кого он назвал Элом. – Но, мне кажется, наши пути отныне расходятся, Марк. Ты показал себя полным идиотом. Если я простил тебе твою выходку в магазине, это ещё не означает, что тебе всё дозволено. Ты исчерпал кредит доверия.

– Да ладно... – начал Марк, но запнулся, увидев, как глаза Эла начинают светиться молочно-белым огнём – словно там, внутри черепа, находился мощный прожектор. Зрачки утонули в белом сиянии, которое выплеснулось наружу и устремилось к парализованному от страха Марку.

– Эл... – выдавил он из себя, но тут свет добрался до него, проникнув в нос и рот. Марк судорожно вдохнул это невесомое сияние. Волосы на короткий миг вздыбились и опали, и парень молча свалился на дощатый пол рядом со своим врагом.

Единственный оставшийся человек развернулся и быстро зашагал прочь. Он спустился на первый этаж, где все лампы уже бездействовали. Откинув засов на входной двери, он вышел наружу и побежал в сторону фургона, оставленного на краю площадки. Ветер взъерошил чёрные волосы. Далёкие раскаты грома совпадали с ритмом его учащённого дыхания.

Подбежав к фургону, он вдруг застыл, глядя на бок фургона, где красовалась надпись синими буквами: «ТРАНСПОРТНАЯ КОМПАНИЯ ДЖЕЙМСА ГЕЙЛА. ТРАНСПОРТАБЕЛЬНО ВСЁ!».

– Это не тот фургон! – в ярости закричал Эл, топнув ногами по рыхлой земле. – Этот мерзавец сменил машину!

В бессильной злобе он ударил ладонью по металлическому корпусу. Фургон возвышался над ним своей громадиной. Эл начал выходить из себя. Он вскочил на передний капот машины и принялся бить ботинками по стеклу, чтобы разбить его. Но толстое стекло и не думало раскалываться. Истратив все силы, человек сел на капот и понурил голову, вслушиваясь в шёпот ветра. Он сидел так долго – пока семизвездие ковша на небе не описало полукруг, оказавшись над его головой. Потом он спрыгнул с капота и пошёл – не в сторону мотеля, где все продолжали спать и видеть сны, а по шоссе. Он шёл дальше на север, пронизывая взглядом фиолетовый горизонт. Электрические провода вдоль шоссе надрывно гудели, в траве стрекотали ночные цикады.

Через полтора часа пешей прогулки (мотель давно скрылся позади) Эл остановился, чтобы справить малую нужду. Он сошёл с дороги и встал к ней спиной, когда заметил среди травы чей-то силуэт, бредущий в его сторону. Человек спотыкался и махал руками, чтобы удержать равновесие. Маршрут был не прямым, а петлял из стороны в сторону, будто человек был пьян. Эл ждал, когда он подойдёт поближе – а когда это случилось, вдруг услышал тихое скуление, исходящее из горла человека.

– Уу-у-у, – выл человек. Одежда его была изорвана, руки в крови. Эла охватил страх. Он сделал шаг назад, в сторону шоссе, не отрывая глаз от пришельца.

– Уу-у-и-и-иии! – завопил силуэт и поднял голову. В предрассветном полумраке показалось лицо, похожее на плоть, пропущенную через мясорубку. Единственный оставшийся глаз смотрел на Эла изумлённо и жалобно.

– Я ничего не ви-и-и-жууу! – кричало существо. – Где Джинджер? Я ехал с ней, и она меня убила! Она нарочно это сделала, я зна-а-а-ю!

– Кто ты? – спросил Эл, продолжая отступать. Он старался сохранить остатки самообладания.

– Грин! – закричало существо. Что-то слетело с губ вместе со словами. Возможно, зуб. – Меня зовут Грин, и я НЕ ИМЕЮ ПОНЯТИЯ, почему у меня нет нормального и-и-и-имени! Аа-а-а-а!

Он протянул изломанные руки к Элу, который потерял способность двигаться, и тот присоединился к его истошному крику. Два голоса кричали одновременно в пробуждающейся степи, пока внезапно не прервались.

Отзвуки этого вопля разнеслись в тишине на многие мили и разбудили девушку, которая спала на стоге сена далеко от них. Первое, что увидела она, открыв глаза, были лучи восходящего солнца. Она поразилась красоте рассвета; сонливость как рукой сняло. Девушка спрыгнула вниз и бережно поправила светло-голубое платье. Настал новый день. Пора было идти. Она вышла на дорогу, жалея лишь о том, что поблизости нет воды, чтобы умыться. Но она надеялась, что скоро ей встретится какое-либо придорожное заведение, где она сможет привести себя в порядок. И заодно позавтракать.

Желание её сбылось не сразу. Девушке пришлось протопать по шоссе до десяти часов утра, и всё это время её не догнала ни одна машина. В десять часов она добралась до крошечной забегаловки под названием «Окольная лачужка». Компания детей сидела возле входа и кидала игральные кости. Дети старательно считали очки, по какой-то одной им ведомой логике рассчитывая, кому поставить щелбан на этот раз. Девушка немного понаблюдала за ними и вошла в дом.

Людей в «Окольной лачужке» было немного. Неудивительно, учитывая название местечка. Девушка сходила в туалетную комнату. Вернувшись, заказала кофе, гамбургеры, овощной салат и стакан тоника. Когда заказ принесли, она начала с аппетитом уплетать еду, вспоминая, когда нормально принимала пищу в последний раз, но тут официантка вернулась и тронула её за плечо.

– М-м? – отозвалась девушка, не оборачиваясь и дожёвывая гамбургер.

– Простите, вас зовут Джинджер? – спросила официантка.

– Да, – удивлённо ответила она и всё же оглянулась.

– Вы... э-э-э... водительница фургона?

– Что-что? – насмешливо переспросила девушка. – Какая водительница фургона? Разве я так плохо выгляжу?

Она кокетливо поправила бретельку голубого платья и снисходительно улыбнулась официантке. Та смущённо кашлянула:

– В любом случае, мисс Джинджер, нам было велено... Вчера у нас обедал человек, который представился вашим хорошим знакомым. Он заплатил деньги за то, чтобы мы передали вам, если вы зайдёте, вот это.

Она выудила из кармана форменной одежды маленькую чёрную коробку, похожую на ту, в которой хранятся обручальные кольца.

– Вот это да, – Джинджер была явно польщена. – Кто это был?

– Он не представился. Извините.

– А почему вы спросили, не вожу ли я грузовик?

– Видите ли, – сказала официантка, – он настаивал, чтобы мы не передавали вам коробку, если вы скажете, что являетесь водительницей фургона.

– Бред, – недовольно проворчала Джинджер; впрочем, она продолжала крутить коробочку на пальцах, и любопытный взгляд то и дело возвращался к ней. Неловко поклонившись, официантка ушла, оставив её одну. Джинджер не стала открывать коробку сразу, сначала доела остатки гамбургера. Только после этого она вновь взяла коробку и открыла, с интересом заглядывая внутрь. Там на белой ткани лежал крошечный клочок бумаги – больше ничего. Разочарованная содержимым, девушка взяла бумагу, чтобы прочитать написанное, но вскрикнула и уронила, когда пальцы обожгло жаром. Она озадаченно посмотрела, как подушечки пальцев, которыми она коснулась бумаги, обретают зловещий багровый цвет. Но природное любопытство взяло верх – наклонившись над запиской, она стала читать послание, выведенное синим химическим карандашом:

«ПРИШЛО ВРЕМЯ ОТВЕТИТЬ ЗА СВОИ ПРЕВРАЩЕНИЯ. С ЛЮБОВЬЮ, СТАРИК ЭД».

И ещё снизу, отдельной строкой, два слова:

«СУКА ТЫ».

– Что это такое? – ахнула Джинджер. Вдруг стало трудно дышать. Она снова посмотрела на свою руку и увидела, что пальцы стали фиолетовыми, как спелые сливы. Крик задохнулся в гортани; девушка упала лицом в несъеденный овощной салат, издав короткое: «На пом...». Люди закричали, подбежали к ней, но уже не могли ничем помочь. Джинджер умерла.

– И всё произошло в этом кафе? – недоверчиво спросил Фредерик, окончательно забыв о том, что на столе остывают кофе и сосиски. – Девушка скончалась прямо тут? Ты уверен?

– Абсолютно, – улыбнулся его собеседник. – Я знаю, тебя заводят такие вещи, вот и рассказал... Правда, удивительно, что ты ещё не слышал об этом случае. Я очень удивлён. Очень.