Хрустальное кольцо
► Рассказ, 2007 (сборник «Страшная история»)

Кольцо начало своё путешествие с крутого горного склона, по которому скатилось, весело перепрыгивая с камня на камень. Никто не знал, кто пустил кольцо с вершины горы (и пускал ли кто-то вообще). Кольцо неслось вниз, сделанное из чистейшего хрусталя, в котором попеременно отражались небо и камни. В то время как одна половина обретала лазурное свечение, другая часть окрашивалась в серую пелену. Кольцо с одинаковым вдохновением отражало оба цвета, пока склон не кончился, и оно не выкатилось на зелёную лужайку у подножия, заблестев изумрудным оттенком.

– Останови-останови, – тут же прозвенел чей-то голос. – Видишь, там что-то блеснуло?

Через минуту хрустальное кольцо покоилось на ладони молодой девушки, блистая в солнечном свете. Телега катилась по просёлочной дороге, и кольцо подпрыгивало, заставляя девушку смеяться. Она попыталась надеть его на палец, но кольцо не было предназначено для того, чтобы служить символом супружеской верности. Оно просто отражало, не отдыхая ни на минуту, белые перья облаков, золотые колосья пшеницы, счастливые искорки в глазах своей обладательницы.

– Я оставлю его у себя, – уверенно заявила девушка, опуская кольцо в карман платья. Там оно приняло цвет чернее сентябрьской ночи. – Какая прелесть!

Так хрустальное кольцо поселилось на груди девушки. Она надела его на золотую шейную цепочку и носила с собой, не снимала, даже когда ложилась спать. Кольцо подрагивало с ударами её сильного, энергичного сердца. Оно впитывало в себя теплоту её тела, мягкость белья и нежность упругих белых холмиков. Вместе с хозяйкой оно наблюдало лунное небо через завесу тюли и считало яркие летние звёзды. Кольцо узнало имя её возлюбленного – и вместе с ней томно вздрагивало, произнося это имя.

Перемены настали, когда летние дни стали холодными и короткими, и осень начала заявлять о своих правах. Тонкая цепочка оборвалась, когда хозяйка предавалась любви на берегу реки со своим возлюбленным – и кольцо покатилось по желтеющей траве, не замеченное никем, навстречу заходящему солнцу. На водах озера солнечный свет создавал золотую дугу моста, ведущего вдаль, на противоположный берег. Кольцо ступило на этот мост, погрузившись в воду. Течение подхватило его, наполнив прозрачной синевой. Кольцо поплыло по реке, погружаясь в глубину и выплывая обратно. Ни на миг оно не переставало усердно отражать окружающий мир. Проплыла рыба – её удивлённые глаза отпечатались на глади хрусталя. Зацепился водоросль – его хваткие щупальца тоже находили отклик в кольце. В те мгновения, когда кольцо выскакивало на поверхность, оно жадно ловило лучи замёрзшего солнца и скрывало их внутри себя крохотными жилками одуванчика.

Кольцо плыло долго, пока не попало в сети старого рыбака, который целый час протирал найденное сокровище, вычищая грани до чистоты алмаза. На миг показалось рыбаку, что между гранями кольца где-то глубоко мелькнуло лето, и цветы качнули чашами, и послышался счастливый девичий смех. Рыбак поднёс кольцо к уху, но ничего больше не услышал.

Зиму кольцо пережило в хижине рыбака, лёжа на деревянной полке, из которой кое-где выглядывали гвозди. Одна шляпка торчала как раз возле кольца – так что наполовину хрусталь выглядела как ржавая сталь. Другая половина отражала черные деревянные доски и вечерний свет керосиновой лампы. Кольцо узнало запахи солёной рыбы и горького вина, слышало тяжёлые вздохи и плач нового хозяина. Иногда, воскресными вечерами, рыбак поднимал кольцо, сжимал его в ладони и пересказывал пьяным заплетающимся языком безрадостную историю своей жизни. Ему казалось, что в ответ на откровения кольцо начинает пропитывать ладонь теплом...

Весной хижина сгорела. Рыбака не было дома, когда окончательно подгнившая полка провалилась, и керосин из лампы разлился по сухому полу. Солнечный зайчик на полу игриво вспыхнул. Кольцо зачарованно отражало разгорающиеся оранжевые языки. Потом огонь добрался до него, погрузив в полыхающую пучину. Когда обрушился потолок хижины, одна из балок защемила опалённое хрустальное кольцо, заставив его вылететь на обугленную траву рядом с домом. Больше кольцо не отражало небо и землю: копоть покрыла его зеркальную гладь. Но оно недолго лежало на земле – им заинтересовалась пробегающая мимо бездомная кошка. Кошка попыталась вцепиться в кольцо зубами, но быстро уразумела, что оно несъедобно. Она поиграла с кольцом, дотащив до опушки леса, и скрылась между деревьями, оставив его лежать в трещине земли чёрным глазом, уставившимся на небо.

Два долгих года провело кольцо в новой обители, терпеливо выжидая очередного поворота своей судьбы. От копоти оно давно избавилось и снова сияло красками окружения: тоскливой серостью пыли, ободряющей розовостью рассвета, корицей панциря жуков. Оно запомнило в своих бесчисленных гранях неуёмную стужу зимы и крики улетающих на юг птиц. Кольцо впитало капли летнего дождя и прохладный поцелуй первых снежинок, вот только рук, которые коснулись бы его, не находилось. Никто не видел кольцо, которое было надёжно скрыто от посторонних взоров.

Но детские глаза способны на всё. И на втором году над кольцом радостно вскрикнул мальчишка, который бежал мимо с корзинкой для ягод. Он сел на корточки и вытащил кольцо из трещины, восхищённо открыв рот. Тем вечером он вдохновенно рассказывал скептическим родителям, как увидел внутри хрусталя свечение, вобравшее в себя гудение мощного огня и крики чаек.

– Это просто кольцо, – отец мальчика похлопал его по спине. – И очень красивое. Наверное, кто-то выронил, когда собирал ягоды. Нужно будет дать объявление...

Но по объявлению никто не явился, так что кольцо осталось в доме у мальчика. Оно видело, лёжа на столике, как мальчик растёт и мужает. Когда настал день войны и молодой мужчина был вынужден покинуть свой дом, он без раздумий взял с собой кольцо.

На войне кольцо встретилось с тем, с чем до сих пор не сталкивалось: предсмертными криками и пороховым дымом, стелющимся над утренним лесом, свистом пуль и сдержанными мужскими слезами. Оно исправно поглощало отчаяние своего владельца, его злобу, надежду и любовь, всему находя место среди искр хрусталя. Хрустальное кольцо соприкоснулось со смертью, когда однажды гремящим утром холодеющие пальцы хозяина забрались к нему и сжали в кулаке, прежде чем замереть навечно. И дыхание смерти стало частью калейдоскопа. Скоро кольцо подобрал другой человек; вены на его руке вздулись в тот миг, когда он впервые тронул холодный синий хрусталь, в котором колыхалась ткань гимнастерки.

На войне кольцо меняло владельца много раз. Когда война кончилась, оно пересекло границу страны на тёмном дне рюкзака с награбленными вещами, и ушло за много лесов и морей, где жили другие люди с другими обычаями. Но они тоже непременно восхищались кольцом и находили в своём доме приют для него. У одних кольцо задерживалось всего на несколько дней, зато другие хранили его десятилетиями, прежде чем жизнь их заканчивалась. Кольцо ещё не раз встречалось с огнём, водой, страстью и смертью; но, несмотря на плотный груз, который заключался в нём, оно не утратило первозданной чистоты и оставалось похожим на каплю летней росы – как в тот день, когда впервые скатилось с вершины горы, вбирая в себя краски мироздания.

 

Человек был молод. Затаив дыхание, он смотрел на голубую бездну над головой, в то время как остальные уже разбрелись по полуразрушенным улицам. Он сделал вдох, и его грудь наполнилась необычным запахом, так отличающимся от привычного воздуха с идеально сбалансированными составляющими на его родной планете. Прищурившись, человек смотрел на солнце – единственное солнце на небе, не два и не три. Всё было странно в этом мире, ставшем многие тысячи лет назад колыбелью человечества. Сейчас мир был покинут и наслаждался заслуженным отдыхом. Даже туристы, которым не терпелось глянуть на древние строения и безмолвные города, старались не шуметь, чтобы не нарушить сон планеты-прародительницы.

Человек опомнился и сделал шаг по потрескавшемуся тротуару. Рядом с ним на рыхлой земле возле тротуара что-то ослепительно сверкнуло, заставив его на секунду прикрыть глаза. Человек подошёл и присел, вглядываясь в находку. Это было крохотное кольцо, ясное и прозрачное, глядевшее на него спокойным хрустальным зрачком. Что оно тут делало? Человек с опаской протянул кисть и взял кольцо. Ему показалось, что кольцо дёрнулось в его напряжённых пальцах, словно живое; что оно тёплое, горячее, холодное и морозное одновременно, и в голову хлынули мириады незнакомых красочных образов: девушка, смеющаяся у воды, жадный огонь, рвущийся к хилому потолку, громогласные звуки выстрелов, чей-то безумный смех, плач, крики боли и фиолетовое пламя, выплескивающееся из сопла старомодной ракеты (таких давно не делают); звёздные просторы и багряная солнечная поверхность. Человек сидел, сжимая хрустальное кольцо, постигая в одночасье тысячелетнюю мудрость и память хрусталя, которые складывались в простые, такие знакомые слова...

Пальцы сомкнулись, укрывая кольцо от взоров. Всё ещё потрясённый, он положил кольцо в карман.