Самая шумная ночь сентября
► Рассказ, 2012 (сборник «Сказка об уроде»)

– Это она? – спросила Джой.

– Да, – ответил Рик. Его белобрысые волосы серебрила луна. – Она самая. Хижина с призраками.

Джой внимательно посмотрела на низкое бревенчатое строение, и ей внезапно стало зябко.

– Нет там никаких призраков, – жалобно сказала она. – Ты просто пугаешь меня. Ты так любишь меня пугать.

– Клянусь, говорю чистую правду, – торжественно произнёс Рик, но в его глазах она заметила лукавство. – Ты знаешь, почему эту ночь называют самой шумной ночью сентября?

– Нет.

– Так я тебе расскажу. Это было двадцать лет назад. Тогда эта хижина была совсем новенькой. Здесь обычно останавливались охотники, которые собирались идти на дичь в окрестных лесах. А ещё это место любили молодые парочки вроде нас. Они назначали на этой поляне ночные свидания. Говорят, эта невзрачная хибарка видала много поцелуев. Ну и кое-чего поинтереснее тоже, – Рик хихикнул.

– Перестань, – одёрнула его Джой. – И что же случилось?

– Одним не очень хорошим сентябрьским утром всё это кончилось, потому что в хижине нашли тело молодой девушки. Она была убита, причём крайне жестоким образом. Её изнасиловали, отрезали кисти рук и стопы, а потом и вовсе выпотрошили живот. Она истекла кровью.

Джой похолодела с головы до ног:

– Какой ужас! Зачем ты это мне рассказываешь?

– Ну, так гласит история, – Рик пожал плечами. – Убийцу, кстати, так и не нашли. Но говорят, что с тех пор каждый год в ту самую ночь, когда произошло это жуткое преступление, из этой хижины доносятся крики умирающей девушки. Потому-то и прозвали эту ночь самой шумной ночью сентября.

– Ты всё это только что выдумал.

– Вовсе нет. Неужели ты не слышала эту легенду? В нашем городке все о ней знают.

– Нет, не слышала, – Джой отвернулась от страшной хижины. – Рик, давай уйдём отсюда, вернёмся в город. Если бы ты сразу сказал мне, зачем позвал меня сюда, я бы ни за что не согласилась прийти.

– Брось, это же интересно! Давай пойдём в хижину, пощекочем нервы. В ней давно никто не бывал.

– Что там может быть интересного? – возмутилась Джой. – А если та бедная убитая девушка опять начнёт кричать? Я не хочу даже думать об этом!

– Но это всего лишь страшная легенда. Ты же не веришь в эти россказни? Может, кого-то тут и правда убили, но чтобы жертва кричала каждый год в одну и ту же ночь?.. Враки. Пойдём!

Он схватил Джой за запястье, но она вырвалась:

– Рик, ну не надо. Мне страшно.

– Страшно, а ещё интересно, держу пари.

– Ни капли. Здесь просто жутко.

– Ну, как знаешь, – он махнул рукой. – Я-то в любом разе собираюсь войти в эту хижину, раз уж пришёл в такую даль. А ты, если хочешь, может остаться тут одна…

– Нет! – воскликнула Джой в отчаянии, представив, каково ей будет, когда она будет стоять без спутника на этой мрачной опушке. – Ну ладно, я пойду с тобой. Но не вздумай меня пугать, я и так на пределе. Хорошо?

– Хорошо, – с подозрительной лёгкостью согласился Рик.

Они медленно пошли к хижине – Джой была так напряжена, что еле переставляла непослушные ноги. Вблизи строение выглядело внушительнее, чем казалось издалека. Брёвна стен почернели от времени. В хижине было одно окошко рядом с дверью – Джой не отводила от него взгляда.

– Рик, ну давай вернёмся, – простонала она в напрасной надежде.

– Да не бойся ты, – он бодро взялся за ручку двери и потянул на себя. Ржавые петли повернулись с душераздирающим скрипом. Джой едва не вскрикнула.

Рик просунул голову в проём двери:

– Эй! Есть тут кто-нибудь? У вас гости!

– Прекрати!

– Хм-м, а тут довольно уютно, – сказал Рик. – Всё очень неплохо сохранилось. Столик, стулья… Глянь, вон деревянный топчан в углу. Говорят, на ней и обнаружили девушку. Ну, то, что от неё осталось…

Он церемонно распахнул перед ней дверь. Дрожа всем телом, Джой всё же сделала усилие и дошла до порога. Лунный свет освещал небогатое убранство хижины. И правда, тут был и стол, и топчан. Джой тут же показалось, что на топчане видны безобразные тёмные пятна, но это наверняка игра её воображения…

– Сюрприз! – Рик толкнул её в спину. Чтобы не упасть, Джой машинально сделала два шага вперёд, оказавшись в хижине. Дверь тут же захлопнулась за её спиной с умирающим криком. Тьма сомкнулась вокруг неё.

– Рик! – она панически обернулась и толкнула дверь. Она не поддавалась.

– Что за шуточки? Рик, выпусти меня, мне страшно!

Он не отвечал. Джой забарабанила по шероховатому дереву руками:

– Рик, прошу тебя!

Тишина. Джой подумала, что сейчас умрёт от страха. На глазах выступили слёзы, и она закусила губу, чтобы не зарыдать. Нет, Рик не может поступить с ней так жестоко! Пускай она всегда терпела его глупые и жестокие шуточки, но на этот раз всё зашло слишком далеко!

– Рик, если ты сейчас же не выпустишь меня… – она осеклась.

Сзади.

Нет, этого не может быть. Глупая страшилка. Никто здесь не умирал.

Обернись.

Она здесь одна. Нет тут никого, кроме Рика, который подпёр спиной дверь и заходится в своём дурацком беззвучном хохоте. Это всего лишь старая пустая хижина. Четыре стены, один потолок.

Но этот запах… горький, солоноватый…

Джой живо представила, как оборачивается и видит в полутьме тонкий силуэт, распластанный на топчане. Как мёртвая девушка пытается встать, опираясь на свои несуществующие кисти. Как она ползает на коленях, потому что её стопы отрезал убийца. Нет, не отрезал – отпилил. Отпилил, невзирая на все мольбы и крики, орудовал ножовкой и смеялся, смеялся, смеялся без звука…

Джой зажмурилась. Её голова пошла кругом. Откуда ей знать, как именно это происходило?..

За дверью раздались шаги – видимо, Рику надоело подпирать дверь, и он отошёл назад. Но Джой осталась на месте, не спеша выпорхнуть на желанную свободу.

– Ну, как тебе? – насмешливо спросил Рик.

Джой молчала.

– Обожаю этот момент, – сказал он.

Опять шаги – он пошёл вперёд. Джой панически стала шарить по двери в поисках ручки, чтобы не дать Рику открыть дверь. Ручка быстро нашлась, но Джой почему-то никак не могла за неё ухватиться.

– Мамочка, – она отпрянула назад. – Не заходи, не открывай её, не смей!

Он открыл дверь, и мягкое сияние луны опять залило тесное строение. Рик высился в дверном проёме безликим чёрным силуэтом.

– Моя маленькая девочка напугана? – ехидно спросил он.

– Что происходит? – пролепетала Джой, прижимаясь к стене. – Почему я… ты… не понимаю.

– А ты посмотри на себя.

Она не хотела этого делать, потому что уже догадывалась – знала, что увидит. Но всё равно покорно опустила взгляд и увидела свои руки – бесполезные отростки без кистей. В животе разверзлась рваная вертикальная дыра, из которой свисали внутренности. А ноги…

– Нет, – прошептала она. Колени подогнулись, и она сползла на пол.

– Я люблю эту ночь, – Рик вошёл в хижину. – Единственная отрада в моей никчемной жизни. Знаешь, это своего рода подарок судьбы – пусть мне приходится по десять часов в день вкалывать у станка на фабрике, но я всегда знаю, что раз в году у меня будет знатная ночь. Снова и снова приходить сюда, как двадцать лет назад, и находить тебя – такую же глупенькую и наивную, ждущую на опушке меня, своего ненаглядного красавчика…

Он повернул голову, и Джой увидела, что Рик вовсе не белобрысый, а седой. И всё лицо было в глубоких морщинах. Как она это не замечала? Он же совсем старик…

– Не надо, – попросила она, соединив изувеченные руки на груди. – Оставь меня в покое. Хотя бы в этот год. Пожалуйста…

– Ну уж нет, – Рик ухмыльнулся и закрыл дверь хижины. – Это моя ночь, и я собираюсь получить своё веселье сполна.

И холодную осеннюю ночь вновь сотрясли девичьи крики, доносящиеся из одинокой хижины на лесной поляне. Путники, чьи уши уловили эти жуткие звуки, боязливо оглядывались и спешили домой, чтобы там, у камина, поведать своей семье страшную легенду о самой шумной ночи сентября.